UFO Казицына

07.04.2021

В раннехристианские времена возникла идея храма как корабля, на котором спасается все праведное человечество. В ХХ веке стало ясно, что вся наша Земля – корабль, который несется в космических пространствах по своей,  кем-то заданной траектории. Именно эта, скорее философская и религиозная, мысль в основе художественного проекта Евгения Казицына, которые опознает и летательные объекты, и субъекты, стоящие за штурвалами инопланетных кораблей.

У стремления человека к полету, желания преодолеть тяготение Земли помимо сугубо практических задач присутствует идея поиска новых, разумных форм жизни. Космос для Казицына – это не место обитания злобных рептилоидов, а поиск гуманоидов – разумных и братских существ. Он представляет несколько их «портретов», скрытых от посторонних взглядов за иллюминаторами космических аппаратов. Скрытых для всех, кроме самого художника, наделенного внутренним зрением.  

Картины, представленные на выставке, не имеют названий, но в них ясно читаются сюжеты, связанные с освоением Космоса и посещением Земли иными формами жизни. Вот над зиккуратом Древней Месопотамии пролетают сигарообразные «дирижабли» пришельцев, а этот аппарат в форме тележного колеса завис над египетскими пирамидами в Гизе. В другой работе гуманоид с циркулем в руках производит обмер одной из пирамид. Видим мы также космические заводы с фаллическими трубам, а на Млечном пути космические странники встречают планету, подобную медузе с длинными щупальцами. Корабли имеют самые разные формы: один в виде шлема средневекового рыцаря, другой похож на кусок сыра на трех ногах, третий – это чайник из археологических раскопок, из донышка которого вырываются струи огня. Художник часто иронизирует, но это не отменяет пафоса открытия новых пространств и встреч с разумными существами.

Казицын близок эстетике метамодернизма, в которой гармонично и невраждебно живут традиции и новаторство, язык примитива, реализма и абстракции. Изображая космические корабли и фантастические образы инопланетян, он соединяет карнавальную народную стихию русского лубка и философию русского космизма Николая Федорова. Инопланетяне Казицына при всех их фантастических инопланетных формах – это русские трикстеры, христианские юродивые, осознающие высокий мессианский характер своего полёта. На том стоят и не могут иначе.

Земля – наш корабль, дом и храм, летящий в холодных космических пространствах к иным и, возможно, прекрасным мирам. И в самой натуре Евгения Казицына есть что-то от космонавта – странника по Вселенной, который просто хочет посидеть с каким-нибудь гуманоидом за рюмкой чая и поговорить о жизни, о любви, свободе и смысле жизни.

Татьяна Соколинская